Готика: Мир Теней

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Готика: Мир Теней » Лазурный Перевал » Поющее Древо


Поющее Древо

Сообщений 1 страница 30 из 55

1

http://s001.radikal.ru/i195/1002/73/0d40c178bfc2t.jpg

Говоря о явлении Поющего Древа, нельзя не упомянуть о двух его отличительных чертах - чертах, что выделяют это древо среди множеств иных кряхтящих, сопящих, поющих и бубнящих древней.
Первое. Говорить с Древом, стараться обратить на себя внимание дело пустое и заведомо обреченное на провал, так как никакой ответной реакции любопыт не получит. Примечателен иной факт: репертуар Древа изменяется в зависимости от того, кто остановился передохнуть у его корней - влюбленным романтикам будут напеты нежные романсы, честолюбивым искателям приключений - героические баллады, не исключено, что некоторым индивидам, древо и матерных частушек отвалить способно.
Второе. Лиственного покрова нет от слова совсем. Ветви Древа обсиживают тысячи бабочек, меняющие свой цвет в зависимости от настроения посетителя (стандартный вариант - оранжевые махаоны да адмиралы). Периодически Древо устраивает импровизированный "листопад" - тогда можно наблюдать то, как вся братия пестрых насекомых бодро мигрирует куда-то за горизонт, оставляя родные ветви на определенный отрезок времени. В этот момент древо умолкает не зависимо от того есть у него "посетители" или нет.

2

Другие миры----------

В облаках внезапно наметился разрыв, из которого выметнулась на светлый фон неба мохнатая клякса. Шарахнулась в панике стайка птиц, обронив недоеденного и, что самое обидное, даже неподеленного толком, кузнечика.
Огромная двухголовая собака с драконьим хвостом, но без крыльев, что характерно, по воздуху, как по ступенькам, осторожно спустилась на грешную землю, стараясь не растрясти ценную ношу. А точнее, даже бесценную.
Повелитель чудовищ спал, безмятежно вытянувшись вдоль хребта собадракона, удобно устроив рогатую голову в развилке шеи. Зоарана сопровождала целая эскадрилья совокотов и сонмище видимих разве что псионикам чудовищ-из-снов.
– О. Тот самый мир? – знакомый ветер коснулся лица, на мгновение выдернув Повелителя чудовищ из дрёмы, – Моя могила. А я-то наивно полагал, что это нехитрое напластование эфира погибло вместе со мной и лишь чудовища смогли спастись посредством Врат.
«Наша песня хороша – начинай сначала. Ну, на этот раз местным духам может и не повезти так, как в прошлый… Или среди них опять отыщется трудный на всю голову блондин с навязчивой идеей, если в сердце нету места – надо в печени чем-нибудь острым поковыряться?».
Зоаран волей-неволей вспомнил последние минуты жизни своего предыдущего воплощения. Он убил Скьеля и Рурурку, но позаботился о Докторе. А Скьель, как выяснилось в последствии – позаботился о себе сам. То ли выжил, то ли переродился, как Зоаран. Но если Повелитель считал своё новое рождение злой шуткой Матери, то ангел тут же нагромоздил великих планов, которые можно осуществить в возрождённом мире, возрождённым же собой, и был весьма доволен жизнью.
«Человечинки что-ли откушать? А то не воплощение, а расстройство умы сплошное. И огорчение…»

3

- Если сердце в нас есть
Отчего же ему не болеть?
Если смерть не судьба
Отчего же не спеть для нее?
Лепестком по губам
Целовала нас нежная плеть
Это имя твое
И всего лишь мое острие

Дерево, рассыпающее по округе нежные напевы откорректировало свой репертуар, как только лапы собадракона коснулись шелковистой травы у его корней.
Зоаран проснулся окончательно и бесповоротно. Эта песня навевала ассоциации с миром и одним конкретным пернатым недоразумением. Как-то уж слишком метко. Бабочки-листья восприняли Повелителя чудовищ как некий экзотический цветок, увлечённо порхая вокруг и примеряясь к рогам, как к насесту. Ну, чем рога не альтернатива узловатым ветвям?
- Если сердце запуталось в снах
Проводам отдавая кристаллы огня
Если все уходящее - прах
То зачем же еще пять минут для меня?

На губах ляжет лед
Отчего молчать не смешно?
Мы молчанье вбивали по ноте
На каждый аккорд
Любишь золото ты
Но находишь во мне серебро
Проводимость пуста
Но ложится насквозь и в упор.
- Какая лирика. Прямо даже пропадает настроение стоить из себя больного ублюдка. - пробормотал Зоаран с изрядной долей яда, - Но надо, надо. приниматься за работу.
Система Врат, построенная чудовищем для чудовищ каким-то образом пережила катастрофу. У рогатого появился лишний повод для тотального довольства собой: расчёты оказались верны. И более того, Система распознала возрождённого Повелителя и сейчас тонкие нити магии, опутавшие все эфирные слои - снова потянулись к нему, замыкая цепочки заклинаний. Его смертоносное желание было распознано и принято к действию. В самом скором времени Чума распространиться по тонкому миру, пожирая духов, как огонь бумагу.
Конечно, они стануть бороться, сопротивляться. Но никто и не ожидает, что всё просто.
- Твои тонкие пальцы сошлись
Как на горле, на каждом крыле
Так мучительно хочется ввысь
Так напомни себе обо мне

Опиши мою смерть
Я ее репетирую здесь
Не затем, чтоб сказать
И тем более что-то просить
Просто есть небольшая
Осколочно-четкая взвесь
Ты ведь знаешь - без капли "люблю"
Мне уже не прожить.
Зоаран на несколько мгновений отвлёкся от печальной, навевающей воспоминания лирики Поющего Дерева и даже от мыслей о человечинке - потому что эта самая человечинка обнаружилась тут же под деревом.  Повелитель посмотрел на собадракона с лёгкой укоризной: это надо было вылупиться из портала над самой безлюдной частью страны, забраться в самую задницу мира и... найти пристанище в двух шагах от места отдыха единственного двуногого путешественника на мили вокруг. Собадракон ответил недоумённым покачиванием ушей, мол, нечего было так громка думать о мясце, кровище и весёлой расчленёнке - не предглагать же Повелителю белок потрошить по окрестным лесам.
- Твои губы сомкнутся сквозь время
На горле моем
Отдавая последние капли того, что не-смерть
Я почти что привык оставаться и быть серебром
Я почти улыбнусь и исчезну, чтоб снова взлететь

Если сердце в нас есть
На губах ляжет лед
Опиши мою смерть...

4

"Человечинка" сидела с другой стороны дерева и некоторое время молча наслаждалась песнями с куда более складным текстом, чем тот, который вызвало появление рогатого.
В руках у "человеченки" обнаружилась арфа, а на плечах - простой дорожный плащ.
Строго говоря, опознать в путнике даже не монарха, но хотя бы аристократа, было сложно. Разве что знающий понял бы - арфа, в которую человек вцепился до побелевших костяшек, стоит немалое состояние.
Королевская свита осталась в целой миле позади, разбивать лагерь. Охрана, слуги, трое магов... уже стоят шатры, небось и ветер треплет стяги Фордрена, и костры горят... Ох, не к добру вздумалось его величеству прогуляться. В одиночестве.
Впрочем, никто и никогда не мог упрекнуть Иволгу в отсутствии манер.
Поборов страх и прогнав мысли о скорой и вполне  вероятной смерти (когда здесь - такое собакодраконье чудовище, никакая свита не добежит, будь у них хоть трижды быстрые лошади), Глендан поднялся на ноги и с легким, но вежливым поклоном, поприветствовал пришельца.
Как обращаться к рогатому существу он не знал. И решил на всякий случай вести себя естественно.
- Приветствую тебя, странник. - улыбнулся Глендан слегка неловко, но от того не менее обаятельно.

5

Зоаран уставился на незнакомца, как чудовище на новые врата. Его дорожная одежда сигнализировала о бывалом путешественнике, прошедшем сотнями дорог, а по бездорожью и вовсе несчитано, но… Нет, ладно бы музыкальный инструмент – произведение искусства – если это орудие ремесла, можно не экономить, окупится так или иначе. Но руки – слишком ухоженные для простолюдина. И запах. То есть аромат чистого тела, а не сивушный дух немытого бродяжки, дракона за сто шагов на подлёте сбивающий.
«Маг? Не слишком сильный, иначе чудовища либо сразу его убили, либо не приволокли бы меня сюда».
Человек поздоровался, спокойно и вежливо. Неожиданно. Зоаран понял, что почти рассчитывал на вопль, вроде «ААААААААААааааааааааааааааа!!! Чудовищи-и-и-ии!!!!!», которого не состоялось.
– И тебе привет. – Зоаран не напрягаясь поддержал мгновенный переход на «ты», предложенный музыкантом. Склонил рогатую голову в ответном поклоне.
В этот момент незримые твари вернулись из разведки и доложились, что лагерь неподалёку – это не совместные учения ангелов с демонами и даже не русалки бесятся, а человеческий отряд на отдыхе.
Повелитель чудовищ разглядывал человека. Невысокого росточка он был чуть ниже Зоарана, который в этом обличье считал себя почти карликом. Ну, на фоне двухметровых красавцев духов, с которыми, в основном, приходилось иметь… дело. Внешность скорее интересная, чем миловидная. Ухоженные чёрные волосы напоминают о Князе, о Людоре.
«Надо это прекращать – что я, в самом деле, словно старый маразматик – то навевает, это напоминает…»
– Какими судьбами в этом… загадочном безлюдном краю?

6

Странно говорить с кем-то, осознавая, что... ни в чем не можешь быть уверен. Человеческая логика, понятия о чести и благородстве - всё это было чуждо иным созданиям. Не потому, что они были плохими... просто - другими. И законы человеческие на них не действовали.
В том, что стоящий перед ним - не человек, Иволга ни секунды не сомневался.
И не только из-за пары рогов: иллюзионисты могли еще и не такое.
- Моё имя - Глендан Айвендил, я родом из Фордрена, королевства, что лежит за этими горами. Держу путь в Ландшпиль. Моя... - секундная заминка. - компания задержалась в лагере, а я решил посмотреть своими глазами на Поющее Древо. Много слышал о нем, но никогда не видел - и вот, все легенды меркнут перед истинной красотой. - Глендан улыбнулся и в уголках серых глаз появилась тонкая сеточка морщин, единственное указание того, что менестрель совсем не юноша, каким мог казаться вначале.
Иволга справился с собой и теперь его голос звучал уже спокойно, появились привычные бархатистые нотки.
Спрашивать, что делает здесь... существо, на данный момент похожее на угловатого юношу, он не стал - чревато последствиями.

7

Бабочки уютно утроились на волосах и рогах Зоарана так, словно отродясь там сиживали. И нет, Повелитель не превратился в колористическую бомбу – багрянец адмиралов шёл ему как родной.
– Любопытный феномен, – отозвался рогатый на реплику Глендана и тут же, оставив собадракона, приблизился, вторгаясь в личное пространство человека. Кажется, под словом «феномен» он подразумевал аж никак не пучок музицирующих веток.
– Компания задержалась в лагере, подумать только. Стрелки, имеющие опыт ненавязчивого сопровождения и умеющие за двести шагов стрелу в перстенёк вогнать, кашеварят у костра, пока  Глендан Айвендил родом из Фордрена гуляет к достопримечательностям по оо-оо-очень опасным местам.
Повелитель был не в курсе новейшей истории этого мира, но решил, что пара-тройка охранителей к интересному брюнету должна прилагаться. А если не к нему, то к его инструменту.
Зоаран стал близко, до интимности, едва не касаясь носом щеки брюнета. Впитывая аромат нового знакомого, вслушиваясь в биение его жизни.
– А меня зовут Зоаран. И я тебя съем, пожалуй, – вот и весь сказ. Коротко и со вкусом, как в сказке. Вот только у брюнета не сложилось с красным плащиком, корзинкой и трогательными русыми кудряшками. Зато его гораздо больше, чем гуляющей по лесу, волкам на радость, девочки.

8

Глендан провел кончиками пальцев по посеребренным струнам арфы, рождая ненавязчивую плавную мелодию.
Бежать или сопротивляться не имело смысла - сопротивление только подстегнуло бы желание добычи. Как бывает с дикими зверьми. Если за тобой бежит собака - остановись. Чаще всего собака бежит потому, что ты убегаешь.
То, что вместо пацана-десятилетки с полными карманами соседских яблок - монаршья особа, а вместо злой собаки - демон, чьи витые рога обсели бабочки, совершенно не важно.
При приближении демона (а кем же еще могло быть это создание?!), он внутренне дернулся: слишком близкой была дистанция. Даже для людей. Иволга начинал чувствовать себя крайне некомфортно, когда расстояние между ним и собеседником было меньше расстояния вытянутой руки.
- Рад знакомству, Зоаран. Съешь... - менестрель склонил голову к плечу, уголки губ дрогнули, намечая улыбку. - Как в сказке, да?.. - тонкий рот растянулся в ласковой улыбке. - Давай как в сказке. Мне нужно теперь сказать: не ешь меня, я тебе еще пригожусь. - мелодия тем временем продолжалась. - Не ешь меня, Зоаран. Я тебе пригожусь. - страха в глазах не было... либо он был спрятан так глубоко, что не чувствовалось и запаха.

9

"Совсем людишки оборзели - тварей не боятся. Это надо исправлять"
Он обратил внимание на чистоту звука арфы – у нового знакомого не тряслись руки и струны не отзывались нервными взбрыками на касание.
«То ли он играет, как дышит, то ли ситуация в целом недостаточно его нервирует. Хотя я создаю некий дискомфорт, но… Да, не будучи злобным карликом или устрашающим гигантом – сложно произвести нужное впечатление».
– Нда? И как же ты предполагаешь мне пригодиться? – поинтересовался Зоаран, не меняя своего положения в пространстве и подумывая о том, чтобы распустить руки. Визуально он с Гленданом уже познакомился – не пора ли тактильно? А там, глядишь, и до гастрономического знакомства дело дойдёт. Если, конечно, человек не придумает как избежать злокачественного интереса чудовища.  По идее, раз уж он гуляет по лесам сам один и с деревьями разговаривает – опыт придумывания и избежания у него должен быть большой. Зоаран помимо воли ощутил укол любопытства.
«Ну, в самом деле – не опуститься же он до арфой-по-рогам-и-бежать?»
А бежать человеку было и некуда – между ним и лагерем - миля бездорожья и легион чудовищных чудовищ. Да и лагерь не панацея, а потенциальный фуршет для оголодавших тварей.

10

Глендан снова улыбнулся.
- Я много чего могу предложить. Но не уверен, что имеет смысл утомлять тебя перечнем своих скромных возможностей. Скажи, что тебе может быть нужно?.. - Иволга осторожно поднял ладонь, задержав пальцы напротив лица чудовища, будто хотел коснуться, но не смел.
Опрометчиво, конечно, мелькать самой дорогой частью тела перед существом, которое испытывает к тебе гастрономический интерес.
- Я мог бы предложить тебе золото и драгоценности, но вряд ли они заинтересуют тебя. Власть, магия... у тебя весь всё есть. - менестрель сощурился, всматриваясь в золотые нечеловеческие глаза. Даже если это и было далеко от истины, умелая лесть никогда не вредила. - Я не надеюсь отделаться одной песней, не волнуйся. - Глендан тихо и мелодично рассмеялся. - Может быть, тебя устроит приглашение приходить ко мне в гости когда вздумается? И я буду играть и петь для тебя.

11

«Уступил инициативу, но вроде как торгуется, хитрюга» – рогатый усмехнулся и отступил на шаг, разрывая контакт. Обычно он не старался себя контролировать, поэтому в некоторых случаях и не мог. И глядя на менестреля у него уже слинки текли.
А Свита, кажется, уже поделила между собой, на всякий случай – вдруг Повелитель даст отмашку, что можно есть – людишек в лагере.
«В гости приглашает?! Вот это новость… То ли самоубийца, то ли адреналиновый наркоман. Везёт мне на таких… Аж за человечество страшно»
Зоаран ненадолго задумался о вариантах. У чудовищ из, так называемых, благородных было в обычае поглумиться над жертвой следующим образом: предложить откупиться, подставить кого-то вместо себя. Родных, близких, друзей, подчинённых. Многие чудовища даже угадывали безошибочно: что бы запросить с жертвы, чтобы по-больнее, по-мучительнее выбор. Хотя некоторых не обязательно даже подводить к самому краю, чтобы они родную мать продали. Жить-то хочется.
Но Повелителю чудовищ степень благородства менестреля выяснять малоинтересно. Ну, затеял бы он обмен – возись потом с людишками, как кредитор неупокоенный. Хотя вырезать весь его род до седьмого колена в обе стороны выглядит привлекательной идеей.
– Хмм-м… Ну, есть у меня одна идейка, помимо съесть и понадгрызать. Спой-ка что-нибудь жизнеутверждающее, пожалуйста, а я тем временем её обдумаю.
Зоаран прислушался к тому, как работает его новое проклятие – аж у самого мурашки вдоль хребта. А скоро станет ещё веселее.
– В некоторых сccccccccлучаях одной песccccccни вполне доccccстаточно... – произнёс Зоаран тихо-тихо, словно бы самому себе, но глядя при этом на Глендана. Хищно так глядя.

12

Жизнеутверждающее. Когда тебя сожрать хотят. А он, видите ли, подумает. Пока бедный король петь и играть будет. Ну да сам же предложил, но хоть какую-то уверенность, что жизнь оставят, хотелось бы иметь...
Глендан задумался - что такое "жизнеутверждающе" для любителя человечьего мяса? Петь веселую песенку про каннибалов как-то не тактично, наверное. Кроме того, может натолкнуть на мысли. Значит, нужно что-то лирическое и с хорошей концовкой, желательно, настраивающее на миролюбивый лад.
Есть идейка помимо съесть и понадгрызать?.. Быть надгрызенным не хотелось. Съеденным, впрочем, тоже.
Зубы у Зоарана вроде были вполне человеческие, но воображение упорно рисовало страшные клыки - как только дело дойдет до более близкого знакомства.
Иволга сглотнул. Ну и взгляд у этого... чуда-юдного.
Ладно, рискуем понятиями - поём из любимого.
Глендан устроился у корней Древа, обхватил арфу по удобнее, коснулся струн - мелодия переливчатая, быстрая, но плавная вместе с тем. Запел.
- Спишь ли ты, Йенна,
Слышишь ли, Йенна,-
Дерево плещет
На майском ветру.
Яблоня Йенны
В кипени пенной
Ветви простерла
Заре поутру.
Я дерево отыщу в твою честь
Славить тебя на родящей земле.
Будешь венки майской полночью плесть,
Яблони ветви носить на челе.
Яблони цвет отливал серебром.
Смехом серебряным полночь дразня,
Этим венком, снежно-розовым сном,
В сумерках Йенна венчала меня.

Баллада о неверной Йенне-яблоне и резчике дерева была одной из любимых. И, по мнению самого Иволги, довольно-таки жизнеутверждающей: во всяком случае после этой баллады хотелось чего-то светлого-доброго-вечного, творить и летать, любоваться яблоневым цветом и искать новые дороги.
- Полночь прошла, и цветенье ушло,
За ночь осыпался яблони цвет.
Белые лебеди, встав на крыло,
Хрипло позвали туда, где нас нет.
Памятуя быстротечность ночей,
В радости смутной витая все дни,
Он обручил ее руку в браслет,
Счастье свое спрятав в яблони.
Спишь ли ты, Йенна,
Слышишь ли, Йенна...
Горькое утро, соломенный дым,
милые губы, немилая речь.
Мыслимо ли удержаться двоим,
Легкому дереву счастье сберечь.
И закричав под тяжелым резцом,
Плакало дерево сладкой слезой.
Черную Йенну в венке под венцом
Вырезал мастер из яблони той.

Менестрель умолк, но арфа продолжала играть и когда казалось, что песня уже окончена, продолжил:
- Спишь ли ты, Йенна?
Слышишь ли, Йенна, —
Дерево плещет на майском ветру.
Яблоня-Йенна
В кипени пенной
Ветви простерла навстречу костру.
... Я дерево посажу в твою честь...
.... Яблони цвет отливал серебром...
..... Все позабылось в далекой дали...
...... Что за мелодия там, в облаках?..

Иволга наконец отложил арфу и поднял улыбчивый взгляд на демона.

13

– Сссссссспишь ли ты, Йенна,
Сссссссслышишшь ли, Йенна,
– змеиный шёпот Повелителя вплёлся в затухающую мелодию дивного напева.  Он в качестве спинки кресла использовал не Поющее Дерево, но своего собадракона. Ещё с первыми аккордами меж его ладоней, бледных и тощих, словно птичьи лапки – образовался серый комочек. И, пока песня двигалась к своему неизбежному финалу – комочек этот вырос в крупную серую птицу. Под впечатлением от встречи, от странного напева глубоким сильным голосом – у Зоарана слепился Алконост – полудева-полуптица.
«Ну, просил же – жизеутверждающее… Не, положительно, люди сами себе враги»
Алконост несет яйца на берегу и, погружая их в глубину моря, делает его спокойным на шесть дней. Услышавший пение этой птицы забывает обо всем на свете: собственное имя, родных, дом.
– Яблони цвет отливал серебром...
Все позабылось в далекой дали...
Что за мелодия там, в облаках?...

http://static.diary.ru/userdir/1/4/0/2/140231/62181690.jpg
Йенна вымахала такой крупной, что Повелитель в облике юноши с трудом удерживал её, но всё-таки не спускал с рук. Две пары недобрых нечеловеческих глаз следили за певцом, ловя каждое его движение, каждый микрожест. А тот вдруг ощутил жжение в горле. Оно всё нарастало пока не появилось ощущение, что гортань забита раскалённым песком и ядовитыми иглами. И голос пропал. Начисто. Горло сделалось неспособным даже на сипение.
Зоаран пригладил серебристо-серое оперение Алконоста. Обычно они довольно яркие, но талантливый менестрель словно бы подарил птице не только свой голос, но и частичку облика. Йенна вышла как яблоневый цвет, осевший на пепелище прогоревшего костра.
Повелитель подбросил птицу в воздух и она натужно взлетела, тяжело взмахивая крыльями и бросив в лицо оставшимся сонмище бабочек с нижних ветвей Поющего Дерева. Приноровилась и уже уверенно ушла в небо.
Зоаран улыбнулся ей в след, светло и искренне. Улыбнулся впервые с того момента, как вернулся в этот мир.

НРПГ: У Глендана этот эффект временный, но он пусть думает, что всё – пушной зверь.

14

Глендан выронил арфу, схватился за горло, судорожно хватая ртом воздух.
Вот она - плата за песню?.. Вот он - ответ на вежливое приветствие и мирные намерения?!
Этого король не мог понять. Подобная подлость просто не укладывалась в голове.
Иволга поднял взгляд на Зоарана: в глазах стояли слезы и плескалась такая ненависть, что впору было испугаться. Глендан улыбнулся через силу, улыбки не вышло, вышел оскал.
Хочешь убить менестреля - отними голос.
Голос забрали. Но пальцы-то остались.
Всё с той же полубезумной улыбкой менестрель поднял арфу и заиграл. Под струнами рождалась мелодия - веселая и совершенно безумная, звучащая почти какофонией.
Казалось, что в ней был и крик, и плач, и смех - живой голос, не музыка. Голос без голоса. Речь со сжатыми зубами. Насмешка над смертью.
В этом был весь Иволга - согнешь, но не сломаешь. Проще убить.

Отредактировано Glendan (2010-11-10 14:35:14)

15

Башня из слоновой кости----------------------

Зря Зоаран упоминал о всяких там блуждающих по лесу белокурых девушках в красных плащах,  ожидающих своей печальной кончины, вселенная иногда все же слышит мысленные пожелания и с радостью их исполняет. Итак, под деревом царила тишь да гладь, нарушаемая лишь странной мелодией короля -менестреля, который истязал свой инструмент и не что не предвещало беды, которая как известно не приходит одна. Сначала был внезапный порыв ветра, которым сдуло, в буквальном смысле этого слова, всех бабочек с поющего дерево, а сам виновник этого торжества практически рухнул на ветку, чем приземлился.  Дерево ,отойдя от легкого шока и такого бесцеремонного приземления такой упитанной "бабочки" тут же подстроилась под настрой пришедшего и затянуло новую песнь.
Моя трагедия комедий балаганных смешней,
И потому безумно мне дорога:
Я научился находить себе прекрасных друзей,
Но не могу найти по силам врага.
Среди завистливых ничтожеств и пустых болтунов
Скажи хотя бы, разглядеть тебя как?
Я вновь блуждаю в буреломе из обманчивых снов –
Ищу тебя, о мой единственный враг!

Итак, вселенная выполнила желания повелителя чудовищ в лучшем виде -  субъект явно имел блондинистые кудри до того самого места , на которые обычно находил себе разнообразные переключения, красным правда было не плащ - а мундир, но это уже были мелочи жизни. Корзинки с пирожками на этот раз не было, зато рядом наблюдался хмурый и грозный демон, которого можно было занести в категорию -"волк". 
Сто подлецов и двести трусов мой тревожат покой,
Но быть врагом, однако, надо уметь!
А ваши кости просто хрустнут под моею ногой,
Вам принеся вполне бесславную смерть!
Устав скучать у края ямы и держаться в седле,
Я озверел от неумелых атак;
Я по следам бегу упрямо, припадая к земле –
Ищу тебя, о мой единственный враг!

Скьель потряс головой , не понимая почему эта жуткая какофония все ни как не уймется , вроде не так уж и сильно он долбанулся головой об пол , да и его способности к целительству конечно не были выдающимися, но и худшим в этом он не был.
Мне рассмеяться или плакать – я еще не решил;
Без сожаленья не проходит ни дня.
Я извиваюсь, словно змей, в оковах собственных сил:
Ведь не родился тот, кто сломит меня!
Меня всесильем при рожденьи Господь Бог отравил,
А я страдаю как последний дурак;
Я умираю в пустоте брым -бурым ббууурым....

На этом месте Скьель решил что хватит с него -и поставил на поляну шит, воздушный, глуша все звуки посредством того что в созданном им щите он не учел всего одну вещь -присутствие в нем воздуха .
Ангел спрыгнул с дерева, совершенно не пафосно приземлился на поляну, неуклюже взмахнул крыльями, подравняв местную растительность что попала в зону крыльевого размаха и несколько озадаченно осмотрел местность куда его занесла нелегкая судьба.
Кольцо в правом крыле слегка вибрировало ,что доказывало что повелитель чудовищ где-то здесь,но Скьель не сразу распознал в этом облепленном бабочками странном нечто Зоарана
-...., - попытался было сказать ангел, но не получилось , нахмурился и через пару секунд щелчком пальцев снял воздушный барьер
-Канцлер! Как вы изменились...бабочки на рогах нынче в моде ? , - Скьель оглянулся, проверяя как именно и где именно приземлился Кошкодер, а то потерять где-то собственного лейтенанта в мирной обстановки было бы уже слишком даже для него.

16

В глазах менестреля отразился натуральный шок, вызванный несовместимой с идеалами реальностью. Он поднял взгляд на Зоарана: в глазах стояли слезы и плескалась такая ненависть, что впору было испугаться.
Ну, как же – я тут за вдохновением, весь такой вежливый, хороший, а меня – не глядя, да наотмашь… У людей всегда соображение отказывает, когда дело касается их, любимых. Пощадит ли человек мясную корову, если она всю свою короткую жизнь будет к нему добра и ласкова? Как же, жди. Ведь корова, вроде как, для того и создана, чтобы быть откормленной и забитой на мясо. Ни о какой подлости и превратностях судьбы даже речи не идёт. Ведь человеку – ЧЕЛОВЕКУ! – надо что-то есть. И где-то жить, кутаясь в тёплые меха, а тем мёртвым бобрам их плотина всё равно уже не нужна, как и убитой лисе – её шкура.
Ну, менестрели вообще склонны к демагогии, драматизму и гиперболам. Баллада про подлость создания колбасы вряд ли прославит автора. Зато есть тысячи историй про безобидных тварей, которым не повезло в глухом болоте нарваться на рыцаря, идиота, которому лучше бы сдохнуть, чтобы не приведи боги не размножиться. Истории, правда, пересказываются от лица рыцаря, поэтому у тварей резко вырастают воооооооот такие зубы и воооооот такие когти. Сколько кикимор по вине этих иванушек сгинуло – не перечесть.
Правда, гневную песнь о действительно ЗЛОМ чудовище этот менестрель споёт ещё не скоро, но играть уже пытается – шустрый какой.
Какофония звуков молотом обрушилась на более чувствительные, чем у людей, ушки чудовищ. Собадракон заполошно подхватился и завыл в два горла, но бросить Повелителя и сбежать куда глаза глядят, не посмел.
Поющее Дерево, прочувствовав настрой Глендана, выдало такую ноту, что хоть ложись и закапывайся. Уединённая поляна превратилась в акустический Ад.
– Ох и люблю я это дело! – воскликнул Зоаран, нимало не смущаясь тем, что не слышит себя. Подхватил мелодию ненависти менестреля и вплёл её в своё сложносочинённое проклятие, которому лишь эдакой перчинки и не хватало для завершённости.
«Вот уж действительно – не рой могилу другому – пусть сам себе роет».
У Повелителя уже в голове звенело от навязчивого мотива, который армия Хаоса с удовольствием приняла бы в качестве победного марша. Но он наслаждался аффектом человека, чистотой его эмоций. Ситуация в целом начала Зоарана возбуждать. Он шагнул к Глендану, да так и замер, глядя на Дерево.
Скьель, как всегда, явился с шумом и треском. Градус пафоса на поляне стремительно пал до нулевой отметки. Хрупкие бабочки не стали терпеть дальнейшие издевательства и снялись в полёт.
- Ссссс... Скьель. А ты всссссссё тот же. Какого беса тебе понадобилосссссссссь на моём сссссвидании? Тем более, что бесссссссса ты приволок ссссссс ссссссссобой?

17

Башня из слоновой кости----------------------

Портал открылся где-то в небе, довольно высоко над землей. Скъель без особого сожаления отпустил руку демона и расправив крылья спланировал вниз, примерно зная куда ему надо. Катцбальгер же на мгновение завис в воздухе и четко по прямой рухнул вниз. Его крылья были не предусмотрены для планирования, да и ангелу было гораздо легче их расрыть в потоке воздуха, с прутьями Кошкодера это сделать почти нереально. Чтобы адекватно чувствовать себя в воздухе, ему нужно взлетать четко налаживая движение каждого прута, а не оказываясь неподготовленным посреди земных небес, где сила притяжения ещё как действовала на довольно крупного и тяжелого демона.
Как итог: Скъель довольно неуклюже приземлился ровнехонько на поющее дерево, а его лейтенант с треском ломающихся веток обрушился на обычные деревья неподалеку. Ему не особо повезло, крона листвы не задержала Кошу, а лишь ветви исхлестали всё тело, пока он продолжал падать, зато он спугнул целую стаю птиц, которая тут же сорвалась с насиженных мест, хаотично разлетаясь и галдя. Наконец Кошкодер достиг земли, ударившись спиной, сверху на него осыпался целый ворох веток и листьев.
- Мнда.. мягкая посадочка, ничего не скажешь. Убью гада....
Катцбальгер поднялся, отряхнулся и что-то матерное бурча себе под нос, раздраженно зыркнул в ту сторону, куда поидее приземлился Скъель.
Оттуда поющее дерево заголосило довольно актуальную песню и  кровавый лейтенант пошел на звук, надеясь не пропустить ничего интересного. Ангел сказал, что бывший Канцлер Ада сейчас переродился и поидее они как раз сейчас должны были его встретить. По пути демон принюхался, ощущая в воздухе явственный запах чудовищ. Катцбальгер чуть ли не заскулил, почувствовав пульсирующую дрожь возбуждения в своем паху. Накрыл его ладонью и сжал требовательной лаской, закусив свою губу. Зоофил-маньяк в лице Кошкодера был просто в экстазе от этого запаха и возможности познакомиться поближе с представителями сей прекрасной рассы. Чем меньше человеческого в чудовище - тем лучше. Кому-то нравятся блондины, кому-то брюнетки, кто-то предпочитает мужчин, кто-то женщин... а Катбальгер предпочитает монстров.
Дерево внезапно заткнулось, пока демон дошел до места назначения, а уж потом, подойдя совсем близко и встав рядом с ангелом, Катц приметил, что как-то... воздуха нет. Совсем без звуков демон музыки чувствовал себя совсем уж неуютно, слава Тьме Скъель всё же додумался в скором времени снять купол. Оглянувшись, ангел удостоверился в наличии своего лейтенанта живым и здоровым и пустился во фривольную беседу с.. ээ.. бывшим канцлером?
Тем временем дерево теперь уже затянуло новую песню, приветствуя новопришедшего демона:
Через ступеньку выше век
Через поступок смертный грех
Через лицо навстречу смех
Оскал урода
Через ступень наискосок
Через один пролёт рывок
Через трясину кувырок
Когда нет брода

С усмешкой тот цедит коньяк
Он не Ромео, он маньяк
А впрочем любит, любит так, как он умеет
Я пофлиртую просто так
Часы тик-так, да он мастак
И скуки муки, морок, мрак он враз развеет

Через ступеньку поперёк я совершаю свой прыжок
А в спину взглядов холодок дешёвых сплетниц
Через ступеньку ввысь и в бок и я вращаюсь как волчок
Роняют губы же поток молитву пленниц

С усмешкой тот цедит коньяк
Он не Ромео, он маньяк
А впрочем любит, любит так, как он умеет
Я пофлиртую просто так
Часы тик-так, да он мастак
И скуки муки враз развеет

Катцбальгер остался доволен песней дерева и мелодикой его голоса, тем временем плотоядно рассматривая чудовищ за спиной Зоарана. Под последние строчки перевел взгляд на собственно создателя этих самых чудовищ и оскалился в широкой клыкастой улыбке:
- Оу.. моё почтение! - прищурился, скользя взглядом по его рогам.

Отредактировано Katzbalger (2010-11-10 17:41:32)

18

Перед лицом Скьеля зависло, а потом и мягко опустилось к нему в руки письмо, в котором значилось следующее:

Уважаемый Скьель.
Это письмо найдёт вас как только вы появитесь в Мире. Моим решением было принято: перевести правление маршала и генерала в парламент, состоящий из семи "грехов":
1. luxuria (похоть)
2. gula (чревоугодие)
3. avaritia (алчность)
4. acedia (праздность)
5. ira (гнев)
6. invidia (зависть)
7. superbia (гордыня)
Сим письмом вам присваивается звание Invidia , название которого суть номинальное и не возлагает ответственности за ваше поведение. Если вас не устраивает - это означает лишь мою ошибку. В таком случае порвите письмо, я смогу найти более достойного кандидата.

Локи

19

Перед лицом Катцбальгера зависло, а потом и мягко опустилось к нему в руки письмо, в котором значилось следующее:

Уважаемый Катцбальгер.
Это письмо найдёт вас как только вы появитесь в Мире. Моим решением было принято: перевести правление маршала и генерала в парламент, состоящий из семи "грехов":
1. luxuria (похоть)
2. gula (чревоугодие)
3. avaritia (алчность)
4. acedia (праздность)
5. ira (гнев)
6. invidia (зависть)
7. superbia (гордыня)
Сим письмом вам присваивается звание Gula, название которого суть номинальное и не возлагает ответственности за ваше поведение. Если вас не устраивает - это означает лишь мою ошибку. В таком случае порвите письмо, я смогу найти более достойного кандидата.

Локи

20

Красный капитан набрал было в легкие воздуха, что бы сказать что-то весьма патетичное и глубокомысленное , но тут взгляд пернатого зацепился за валяющееся возле корней дерева тело. Тело принадлежало человеку, средних лет, если конечно же ангел правильно помнил.
-А у тебя человечишка издох.,- заявил светлый тоном, которым обычно маленькие дети довольно -невинно заявляют -мол, а я кошку помыл- в стиральную машинку засунул. Ангел испытал жуткое иррациональное желание подойти и по пинать тело на предмет живости , но тут же одернул себя, напомнив что за спиной находиться весьма потрепанный, и между прочим по вине капитана, потрепанный Коцбальгер.
-Извини, оживить пока не могу , но если попросишь Доктора -он его в формалине может законсервировать, через парочку рангов я тебе его оживлю и вы продолжите начатое ,- тут же нашелся ангел, который логично решил что некрофилией такая рогатая фифа не увлекается. И тут грянула музыка -это Кошкодер подошел достаточно близко что бы дерево воспрянуло духом и выдало очередную песнь.
-Красиво ,- протянул Скьель и собирался было еще что-то добавить -но не успел -перед носом возникло новое письмо, которое развернулось даже не дожидаясь пока ангел возьмет его в руки.  Скьель обалдело похлопал глазками, мол -во те на, затем вчитался в текст и офигел еще больше .
-Х-м, любопытно...то невинностью назначают, то завистью. , - Пернатое недоразумение на миг замолчало , мысленно складывая имеющиеся на руках факты и протестующи затрясло головой.
-Не, это что -опять одной за... в смысле -и там и там работать ? Не, я так не согласен, я же со скуки загнусь на совете ангелов. , - Скьель повернулся к Кошкодеру, в руках которого наблюдалось такое же письмо.
-А тебя кем назначили ?, - спросил он у лейтенанта , не понимая по какой теперь иерархий будет делиться власть в Геене Огненной .
-Слышишь, сладенький что там учинили -решили моду с ангелов взять -собирают какой-то парламент.
Ангел прошелся по поляне взад- вперед ,не обращая внимания на вольготно обустроившихся в отдаление чудовищ, да и не до них ему сейчас было. Хмель потихоньку выветривался из светлой головушки и светлый задался вопросом -а чего ж его сюда нелегкая принесла то ? Ответ был один -по привычке .
- Ран, а ты не хочешь вновь канцлером стать ? , - внезапно поинтересовался ангел, все же подойдя к телу темноволосого мужчины и забирая из его рук арфу. Повертел в руках трофейный предмет, подергал за струны и перевел взгляд на Зоарана .

21

Только после того как ангел высказался по поводу бездыханного бренного тела, Коша заметил человека. Примечательным был не сколько сам "труп", сколько весьма изящная арфа в его руках. Демон захотел подойти поближе и рассмотреть инструмент, а если припрет, то и считать с него все известные этой арфе мелодии, однако прямо перед ним возникло письмо. Краем глаза демон так же заметил, что ангел получил похожее.
"О нееет, это нападение белых листочков! Спасайся кто может.. хыхыхы"
Не дожидаясь, пока письмо опустится на руки, Катц грубо схватил его с уровня своих глаз и бесцеремонно вскрыл. Как оказалось - это были письма о назначении в должность "греховного" парламента.
- Олала! - демон усмехнулся, пробегая взглядом по строчкам в письме.
Скъелю как всегда "повезло". Он и приключения и привелегии умудряется находить на каждую половинку своих ягодиц и тут же начал кудахтать о несправедливости бытия. Катцбальгер поиграл бровями:
- Не, ну а чо. Завистливая невинность - это нормально. В наше время невинность - это стыдно и не модно. Вот и завидует эта "невинность" всем тутошним развратникам. Только вот при чем тут ты - я не пойму, капитан. - почесал когтями висок, - Меня назначают Чревоугодием, прелесть какая. Кстати, а значит ли это что мы с тобой теперь на одной ступени иерархии или окунешь меня в суровую реальность того, что я в независимости от престижа и титула -  твой подчиненный? Неее,я  решительно не понимаю, что происходит в этом мире
Кошкодер убрал письмо во внутренний карман мундира и подбоченился, вновь обращая своё внимание на Повелителя Чудовищ.

22

За такое «почтение» Катцбальгер удостоился долгого оценивающего и даже раздевающего взгляда. А потом Зоаран переключился на ангела, ищущего кого бы пнуть.
– Он не сссс-с-сдох… Просто чрезмерно много силы отдал нам, чудовищам, в обмен на свою жизнь и новый опыт. Отоссспится и будет как новенький, – Зоаран завершил свой коротенький путь к корням временно облысевшего Древа и склонился над обеспамятевшим человеком. В эти несколько шагов он преобразился, плавно перетёк во вторую свою форму – не, тощий и костлявый Повелитель как был, так и остался, но сделался выше, раздался в плечах, да зелёные глаза налились характерной ядовитой желтизной. Кажется, у него завелась новая миленькая привычка – корректировать внешний облик после жертвы.
Зоаран поднял Глендана на руки и удобно устроил его на спине собадракона. Туда же отправилась и арфа, к которой оба хищных, на свой лад, пришельца уже примерялись в качестве сувенира.
– Доставь на эту… человечесссскую ссстоянку. Свита отправляется с тобой. Половину людей можете вырезать, так сказать, за труды. Мы им менестрелей носить не нанималиссссссь.
Отправив от себя свиту, Зоаран совместил приятное с полезным – лейтенант ангела распространял вокруг себя такие флюиды едва сдерживаемой похоти, что Повелитель невольно начал реагировать, а чудовища занервничали. Не сезон же для размножения – чего это он?
Тем временем, демона и ангела настигла адская почта. Известия вызвали большое удивление и положили начало живейшему обсуждению.
– Революцсссссссссссионеры бессссссноватые.
Очередной реорганизации управленческой системы в Геенне – Зоаран не удивился – у демонов никакая власть долго не держится, слишком уж они деятельные по природе своей. Повелитель подозревал, что им созданная структура продержалась не только дольше всех предыдущих, но и дольше, чем это вообще возможно. Странно другое – с чего бы менять систему правления и у ангелов тоже? Насколько Зоаран мог судить – Сай Гарланд справлялся с ролью правителя более чем хорошо.
– У Сссссерафиты, видать, климакссссс-с-с… или ссссскучно стало, – тихонько заметил бывший канцлер себе самому.
Ангел нарочито возмущался несправедливостью мироустройства, мол, все спят, а самым шустрым впахивать приходится – не успевают простынки менять.
– Не думаю, что в этом сссслучае тебе, Скьель, позволят устроиться одним сссседалищем на двух креслах.
Предложение вновь окопаться в Геенне, полушутя полусерьёзно брошенное ангелом в пространство, заставило Повелителя на несколько мгновений зависнуть в раздумьях.
– Нет, пожалуй. Я останусссссь в мире людей.

23

Скьель недовольно хмыкнул, когда у него из рук исчезла арфа, а тело деловито куда-то утащили. Расуждения Кошкодера в принцепе были правельными, вот только ангел не понимал каким это местом он -невиновность и каким -зависть.
- Х-м... а Серофита его знает. Теперь в иерархий сам черт ногу сломит, а заодно рога и крылья, - с этими словами красный капитан наконец развернулся к своим спутникам передом, а к дубу -задом . О да, такого подвоха Скьель не ожидал -увидеть Зоарана в прежней , канцелеровской форме. Ангел резко побледнел и отступил на шаг назад, прижимаясь спиной к дереву, глаза стремительно становились цвета морской волны, но...светлый вовремя понял что перед ним всего лишь принявший свою взрослую форму Ран, а не убитый им когда-то повелитель.
-Ран..ну у тебя и шуточки...сдохнуть хочешь раньше времени?,- сначала слегка дрожащим голосом произнес ангел, но к концу фразы в голосе все больше читалось злобы и агрессий к стоящему рядом объекту.  Чувства были смешанные, с одной стороны, перед ним стояла точная копия повелителя, с другой -это был всего лишь Ран -взбалмошная фифа с рогами, занявший освободившееся место. Тот и не тот. Скьель недовольно скривился, он не любил вспоминать ,еще больше не любил копаться в собственных чувствах и анализировать их.
- Не хочешь..., - голос был ровным и спокойным, голова опущена, светлые волосы наполовину скрывали лицо . Канцлера бы должно было бы насторожить такой резкий перепад настроения, Скьель конечно еже был взбалмошным и переменчивым ,но не до такой степени .
Глаза закрыты, остался лишь слух и осязание. Скьель стоял и ждал , ждал пока перед глазами появиться поляна, пока проявиться Ран -темная пустота на энергетическом фоне, пока очутиться Кошкодер, сплетением огня и тишиной ночи, пока внутри не натянется тонкая струна, собственная сила, разливающийся по всему тело теплым ветром.
Любил ли он своего лорда, наверное да ,и убил потому что не мог заполучить желаемое. любил ли он Зоарана , возможно да, просто обитать рядом с канцлером стало так естественно. Еще он любил свою цитадель, своих лейтенантов и друзей, но по разному. Любил ли он Рана? Однозначна нет . Презирал ? Возможно - слишком уж тот походил на канцлера, но при этом был слабым . Скьелю нравилась сила, он любил ее в чистом проявлений и уважал.  Ран пока не доказал свое право получить хотя бы нейтральное отношение, но этот шанс у него сейчас появиться.
Рука взмыла вверх, как будто Скьель пытался откинуть волосы с лица, но застыла , жест наотмашь и воздушная волна прошлась по поляне, скорее предупреждающая, чем действительно атакующая.
Ангел оттолкнулся от дерева, взмыл вверх, достал из схрона меч и приземлился около повелителя чудовищ.
-Я присягал на верность Локи, я решил что буду служить канцлеру и защищать Геену. Ты не Заоран , и пока не доказал свое право приказывать мне. Докажи что достоин сам принимать решения и я оставлю тебя в покое . На этот раз -навсегда . Докажи что в тебе есть сила и я отступлю. ,- в глазах ангела горел холодный огонь , тот что так часто видели зрители на арене. Вне зависимости от того что бы выбрал Ран, Скьель настроился драться , ведь порой хорошая потасовка расставляет все на свой места гораздо лучше чем всякие задушевные беседы.
Меч описал дугу, нацелившись на плече чудовища, ангел рефлекторно поставил воздушный щит, ожидая удара в спину от кого ни будь из чудовищ .

24

– Интересно девки пляшут по четыре сразу вряд. Интересно пляшут ангелы и демоны... – бормотнул Зоаран с явной ехидицей в голосе. Чем сложнее и разветвлённее система, тем больше возможностей для злоупотребления. И Повелитель один из тех, кому бардак на Небесах и в Геенне очень даже выгоден.
«Вы хотите об этом поговорить?» – нет, Скьеля политика мало занимала даже как повод почесать языки. А Зоаран – да. От простой трансформации ангел едва в обморок  не сковырнулся.
– Ран… ну у тебя и шуточки... сдохнуть хочешь раньше времени?
– А ты проверь, – ехидно предложил чудовище. И ангел действительно изготовился драться. Что ж, ситуация ничуть не лучше той, когда они только познакомились. Тогда Зоаран только пришёл в мир, сходу порушил Защитные Системы ангелов и демонов, потом обессиленный еле дополз до Цитадели Ночи. И, едва оклемавшись, организовал в Геенне Огненной торжество мертвечины.
«Костяные драконы были – да, такие красивые…»
Сейчас новосотворённый Повелитель, едва объявившись в мире Теней – создал мощнейшее проклятие, которое, если повезёт, выкосит большую часть магических существ. На тотальное их уничтожение Зоаран не рассчитывал, но… помечтать-то можно, а?
Мир не принял его свиту – как оказалось из-за большой силы. Чудовища первого ранга все остались в иных измерениях. Пришлось спешно сформировать малую свиту из тварей ранга эдак третьего – вырастут уже в мире. Чудовища быстро развиваются. Но сейчас они всего только третьи. Практика же показала, что при прочих равных условиях в схватке с чудовищами верх одерживают духи. Отчасти поэтому Зоаран свиту и отослал кормится подальше от злополучного Дерева.
Больше всего на свете Повелитель не любил самопожертвование, мелочное геройство и драки лысых за расчёску, вроде тех, которые устраивает Арлекин – чисто мускулами поиграть на потеху толпе – ну, смешно. Но в длинном списке антипатий Зоарана – первым и самым жирным пунктом значилось: когда гибнут его новорожденные дети. Йене нужно время, чтобы убраться отсюда подальше. То, что после создания алконоста и мощного проклятия Зоаран сам едва-едва тянет ранг на пятый по здешним меркам – его не волновало. Поведение чудовища мало зависело от каких-то там рангов – только от его прихотей и пожеланий.
Ангел оттолкнулся от дерева, взмыл вверх, достал из схрона меч и приземлился около повелителя чудовищ.
– Я присягал на верность Локи, я решил что буду служить канцлеру и защищать Геену. Ты не Заоран, и пока не доказал свое право приказывать мне. Докажи что достоин сам принимать решения и я оставлю тебя в покое. На этот раз – навсегда. Докажи что в тебе есть сила и я отступлю, – в глазах ангела горел холодный огонь, тот,  что так часто видели зрители на арене.
– Сам хоть понял, что сказал? – отозвался Повелитель насмешливо. Не, положительно ангелу стоило бы держать рот перманентно занятым. Такой талантливый язычок и… озвучивает чушь какую-то.
– Я не претендую на твою свободу. И никогда не претендовал – мне она без надобности. И, соответственно, для меня не имеет значения кому ты присягаешь и зачем, – холодно проинформировал ангела Зоаран, на тот случай если пернатому опять память изменяет с лордом Тайфуном, – А с этим вот – на Арену Смерти. С Арлекина блёстки аж облетят от радости.
Повелитель щёлкнул когтем по лезвию клинка ангела у своего плеча, отклонив его. И переместился к Катцбальгеру. За спину. Не то, чтобы он собирался использовать демона как живой щит – не те сейчас силы. Но переключить внимание Скьеля, чтоб у того между ушами всё на место стало – вполне реально.
До высоченного демона Зоаран не дотягивал – даже в своей укрупнённой версии – он был ниже на пол головы. Но когда это кого смущало? Повелитель приник к спине Катцбальгера и сходу оценил «рельеф местности». Одна тощая рука удобно устроилась на плече Греха, а вторая – на талии.
– Вот так оно и бывает: следуешь за ним, сияющим, по жизни – ждёшь чего-то, на что-то надеешься… А потом он в очередной раз находит меня… и всё. Ты позабыт и имя твоё кануло в вечность. Согласен ли ты с таким поворотом событий, красивый? – Зоаран небрежно вынул из роскошных волос демона застрявший листик и отбросил его в сторону.
Кстати, рельеф спереди у демона тоже оказался многообещающим.

25

Катцбальгер издал вздох разочарования, когда Повелитель чудовищ отослал всю свою свиту куда подальше. Можно было конечно пойти за ними, потренироваться в обольщении монстров да и поразвлечься, однако Кошкодер понимал, что они тут не за этим. Скъель просто терял голову, когда видел Зоарана, раньше на это были другие причины, сейчас совсем иные, но, как бы то ни было, оставлять их сейчас наедине было нежелательно. Зоаран сменил свой облик и красного капитана чуть кондратий не хватил. Даже по ауре ангела уже можно было понять, что он явно настроен не шутки шутить. А судя по общему состоянию сил Чудовища - они не равные соперники.
Кошкодер не стал пока вмешиваться. Скъель - мальчик взрослый, справится, если захочет. А то ещё наорет, мол "Какого хрена ты тут встрял, лейтенант?!" И хоть стой хоть падай. Демон надеялся что угроза жизни Зоарана спровоцирует чудовищ вернутся. Ну хоть каких-нибудь. Так что Катц косил взглядом в ту сторону, куда стройными рядами утопали все потенциальные "любовнички", но к его разочарованию никто не возвращался.
Катцбальгер отвлекся от перепалки этих двух и, как оказалось, весьма не вовремя.
Зоаран оказался за спиной кровавого и тут же распустил свои руки в экскурсию по стройному и подкаченному телу демона. Кошкодер явно не ожидал подобных выкрутасов со стороны Повелителя Чудовищ, но надо сказать что это не было неприятным "приключением". Как ни крути - Зоаран сам был чудовищем. И разило от него животным запахом не меньше чем от всех прочих его творений. Демон оскалился, позволяя лапать себя рогатому и спокойно выслушал то, что буквально на ухо ему наговорили. Ответом чудовищу послужил раскатистый смех.
- Ну ты так говоришь, будто я уже вечность сохну по своему капитану, а он, противный, меня не замечает. А я то всего лишь служу в его войсках. Какое мне дело до ваших "семейных" разборок? Если мне это надоест - я убью одного из вас.
Прутья крыльев за спиной демона туго обвили всё тело Повелителя чудовищ, обвязывая его так, чтобы локти были прижаты к талии, а ноги были сомкнуты вместе. Из Зоарана получилось что-то на подобие кокона из прочнейших кожистых прутьев с острыми наконечниками. Однако ни один из них не впился в изящное тело рогатого.
Неожиданно прутья пришли в движение, поднимая Зоарана над землей и по дуге переворачивая его кверху ногами, чтобы его лицо оказалось напротив лица Катцбальгера. Иными словами, Коша перекинул его с помощью крыльев через себя, но не опускал пока.
- А ты милый, - широко улыбнулся ему в лицо, -  Хоть рассмотреть тебя поближе. - пальцами обеих рук ласково огладил витые рога чудовища и за них же притянул его лицо ещё ближе к себе, - Зря ты думаешь, что моя самооценка как-то зависит от этого ангела. Не на те кнопки жмешь. А вот ты сам для меня - весьма кстати.
Втянул воздух, вновь впитывая в себя аромат чудовища, веки задрожали, едва прикрывая глаза. Катцбальгер коснулся алыми губами бледных губ чудовища, чьи волосы сейчас бесцеремонно устилались по полу перез демоном, поскольку Зоаран висит кверху ногами. Полупоцелуй-полуукус. Кошкодеру даже не важно как будет реагировать чудовище, главное это сорвать вкус с его губ, чтобы он дополнил собою запах, который просто адски заводит Кошу.
Демон отпустил рога "пленника" и прутьями опустил его чуть ниже, так, чтобы теперь его лицо было как раз напротив паха кровавого лейтенанта. Который был примечателен вздыбленной выпуклостью.
- А вот в этом, - кивнул на своё достоинство, - Виноват ты и твои чудовища. Как нехорошо... их уже тут нет. Что же нам делать? Хм?
Мысленно же он начал общаться со Скъелем, послав в его голову следующее:
"Капитан. Возьми себя в руки, сейчас этот рогатик настолько слаб, что это даже смешно. Если ты одолеешь его сейчас, то даже сам не почувствуешь радости победы. Если тебе так нравится противостояние с ним, то дай ему обрести силу. Дай ему возможность развиваться и тогда ты сможешь сразиться с ним так, как хочешь. И будешь кайф ловить от этого. а чтобы он не сбежал, можно держать его поблизости. Он повелитель чудовищ, так? Он смог бы стать отличным смотрителем нашего бестиария, пополнять его. Врага нужно держать чуть ли не ближе чем друга. Чтобы всегда можно было достарть. Да и для нас это выгодно. Подумай над этим.... "

Отредактировано Katzbalger (2010-11-14 12:20:29)

26

Скьель одарил новоявленного повелителя чудовищ взглядом полным изумление и непонимания, мол -о чем это он ? То что заменяло пернатому недоразумения мозг не было рассчитано на такую хитро вывернутую словесную конструкцию, что и дало Зоарану время спокойно ретироваться за спину красного капитана, надеясь что солдат ребенка не обидит..э-э.. зоофил не отдаст на растерзание рогатое и прелестное чудовище.
-Я вообще-то претендую на твою свободу ..., -после минутного молчание уточнил Скьель, пряча меч обратно в схрон, драться расхотелось совершенно, да и вообще -прибывать здесь. Ощущения были странными -как будто ты нашел в мешке с подарками любимое лакомство ,а под знакомой оберткой вместо желанной сладости оказалась поделка с жутким вкусом . Ангел скривился и плюхнулся на траву, вернее на свежескошенную траву, учитывая что крылья он так и не убрал.  Оные взметнулись вверх и вниз -складываясь в компактный пакован перьев за спиной , при этом на поляне стало на один дубок меньше и кусты с лева заметно поредели .
- Ну-ну..., - с каким-то сарказмом прокомментировал светлый попытки чудовища спрятаться за спиной у Кошкодера. С любым другим бы лейтенантом это проканало бы -те грудью встали на защиту несчастной убиваемой тварюшки, но только не красные. Те кто испытывал хоть какие-то сентиментальные чувства к оппонентам обычно кончались на втором -третьем рейде и их место занимали новые желающие примерить мундир и плащ. Не зря ведь его лейтенантов называли кровавых.
Скьель подобрал травинку и лишь вопросительно хмыкнул , услышав какую песню завел чудовище -м-да, точно то ли головой приложился, то ли действительно не чего не помнит и только прикидывается -ангел ни когда не спал с своими лейтенантами -ведь их можно было употребить куда более интереснее.
Кошкодер ответил весьма и весьма в духе красной цитадели и Скьель одобрительно кивнул -мол, молодец, как говориться плох тот лейтенант который не видит себя капитаном. Вслед за этим тугие прутья обвили изящную фигуру канцлера и ангел было по привычке напрягся, собираясь...впрочем тут же одернул себя и вновь принял расслабленную позу - мол , сам нарвался -пусть сам и расхлебывает.
"Облик, этот чертов облик , что б его Серофита на чай пригласила! Нашел когда же его сменить! " мысленно чертыхнулся ангел, наблюдая за манипуляциями своего лейтенанта с тушкой повелителя чудовищ.
Раньше бы ангел присоединился к безобразию, а вернее первым бы принял в нем участие на правах массовика -затейника. А сейчас - сейчас он с удивлением осознавал что не чего не чувствует, да -Зоаран был ему интересен как достойный противник, но Ран не вызывал ни какого другого чувства кроме как жалости . Такой несуразный , наивный и слабый - его то и в противники записать было бы странно. Наверное Скьель мог бы отпустить какую ни будь пошлую шуточку -мол ,очень рекомендую или же - осторожно -клыки,а так -весьма нечего, но ...Скьель вздохнул, связываться с таким непонятным чудовищ не было сил -не физических,а моральных. Зато начавшая было формироваться в Геене мысль дошла до своего логического завершения, требуя воплощения в реальность. Ангел встал с травы, отряхнул кожаные штаны и направился к Кошкодеру.
-Продолжай -продолжай, я не против , - отшутился ангел ,приближаясь к животрепещущей картине -"дети в клетке". Рука красного капитана скользнула по железным прутьям удерживающим в стальной хватки чудовища, огладило бок и часть спины , проверяя -а не изменились ли предпочтения канцлера ? Предпочтения остались прежними -под мантией было лишь само чудовище. Пальцы скользнули на шею ,на миг замирая на ней и ... ангел убрал руку ,переключив свое внимание на Кошкодера.
-Чудовища тебя заводят ?,- скорее утверждение ,чем вопрос, ангел сделал еще два шага вперед, заходя демону за спину и останавливаясь. Массивная спина лейтенанта затянутая в красный мундир практически полностью скрывала от светлого подвешенную тушку чудовища -но это было и к лучшему. Ангел положил ладони на поясницу Кошкодера, жест получился весьма двусмысленным -но на спине были еще и крылья. Рука замерла, просто создавая эффект присутствия, Скьель как бы спрашивал и ждал ответа на свой не заданный вопрос.
-Меня тоже...но правильно сготовленные. Я не против этого -делай с ним что хочешь -но он должен жить. - тихий шепот, рука сместилась куда ниже и вбок, застывая на бедре, в опасной близости от паха демона.

27

Повелитель всегда был слегка на взводе, хотя акт творения удовлетворил его не хуже секса. Он почувствовал себя расслабленным и удовлетворённым, но… Не долго.
Во-первых, человеческий менестрель нащупал какие-то струнки в его душе, провоцирующие не только на творчество. А во-вторых, к Поющему Дереву явились ангел и демон во всём блеске. Абстрагироваться от их откровенной сексуальности не было никакой возможности. Да и надо ли? Повелитель вот только недавно думал о Скьеле и перед его мысленным взором вспыхивали картинки, одна другой соблазнительней – тело ангела, каким он его помнил, всегда словно бы светилось на фоне тёмных простыней и прочего окружения, как и его душа на фоне мрака, что составлял основу Повелителя.
А тонкие дорожки крови, очерчивающие изящную линию бедра? Одного этого достаточно, чтобы желать Скьеля снова и снова.
Но в какой-то момент Зоаран поймал на себе странный оценивающий взгляд ангела. Неожиданно, как хлёсткая пощёчина, прочиталось в его глазах не вожделение, но разочарование и какая-то невнятная жалость.
Жалость – беспощадная, изматывающая штука. Это то, что мы храним в запасе для слабых, настолько слабых, что их нельзя даже презирать. Нечто бесконечно далекое от любви.
Эта неприятная неожиданность отрезвила Зоарана: на анализ хитроизвилистых движений души блондина сейчас, пожалуй, нет времени, но запомнить стоит…
В ответ на слова чудовища – демон и ангел явили картину бурного отрицания. Но что слова, когда взгляды, действия – выдают с головой? Повелитель кинул пару общих фраз, но они сделали своё дело, ведь Скьель оставался собой – настроение у него менялось быстрее погоды и внимание переключалось с полпинка, как у ребёнка. Поэтому Зоаран не снизошёл до продолжения словесной перепалки. Тем более, что «снизойти» куда-либо оказалось проблематично – в подвешенном-то состоянии. Да и огрызались кроваво-красные на автопилоте, не вслушиваясь в его слова, а думая о сексе. Зоаран – секс, секс – Зоаран: вот же условный рефлекс у некоторых.
Гибкие кожистые прутья надёжно спеленали Повелителя, удерживая его на весу перед Кошкодёром. Пальцами обеих рук демон ласково огладил витые рога чудовища и за них же притянул его лицо ближе. Жадно поцеловал, почти до боли. Поцелуй-укус. Зоаран откликнулся – невозможно иначе – когда прикосновение страстных губ так контрастирует с нежностью пальцев, не противореча, но дополняя. Да одного только прикосновения к рожкам достаточно, чтобы голову потерять.
Довольной ухмылкой ответил чудовище на оскал демона – ближайшие цели замечательно достигнуты, почему бы и не получить немножко удовольствия от этого приключения?
Катцбальгер – самое многообещающее приобретение Скьеля за время пребывание того в армии Геенны Огненной, не чета смазливым лейтенантикам, живущим по принципу «плох тот солдат, который не мечтает спать с генералом». Ангел очень горевал о нём, когда демон куда-то завеялся по личным причинам.
«А глаза-то какие… Хочу!»
Подумалось, что в демоне есть что-то роднящее его с белокурой кралей и с самим Зоараном. Они трое рядом являли собой странную, извращённую, гармонию. Точнее, могли бы явить, если бы Повелитель не погиб и не переродился. Этот факт вызывал у духов отрицание, порождающее тот ещё диссонанс.

28

Раздвоенным своим язычком чудовище игриво мазнул демона по щеке и в этот момент «лифт» поехал вниз. Многообещающая экскурсия, от которой сексуальная фантазия Зоарана не то что разыгралась, а натурально впала в буйство – завершилась аккурат на уровне паха Катцбальгера.
– А вот в этом, – демон кивнул на свою внушительную эрекцию, – Виноват ты и твои чудовища. Как нехорошо... их уже тут нет. Что же нам делать? Хм?
– О, есть масса интересных вариантов. Но общение со мной входит в список под грифом «для матёрых мазохистов и экстрималов».
Зоаран потёрся щекой о лакированную кожу штанов Катцбальгера. А потом повторил тот же путь языком.
«Ох, мать. Как же неудобно…»
Кровь прилила к голове не только из-за висения, но и от перевозбуждения и Повелитель внезапно, как это с ним часто бывало, впился зубами в основание бедра демона, почти что в пах. У Скьеля в этом месте тоже было пару отметин от зубов чудовища, хотя они и меркли на фоне знаменитого шрамирования во всю спину.
«Что за… ?!!!!» – даже мысль толком не оформилась, как сработал инстинкт. Зоаран на мгновение принял другую свою форму и стал похож на чернила, расплывающиеся в воде. А в этом чернильном облике мелькали чьи-то безумные глаза, клешни, мешанина бионических и техногенных структур, густо заправленная страхом, ненавистью и омерзением – теми чувствами, которые обычно провоцирует появление чудовищ на горизонте.
Облако отодвинулось от демона с ангелом и вновь оформилось в худощавую фигуру в багровой мантии. По сравнению с изобретениями Доктора, призванными уложить во имя науки «любимого» отца под нож сына, путы из крыльев считались детской игрушкой. Бледное лицо застыло алебастровой маской, но дёргающаяся под веком жилка с лихвой выдавала, что называется, смятенье чувств.
Зоаран сплюнул кровь Катцбальгера на свежескошенную ангелом траву.
«Ангел и демон, красавцы оба – и такая незадача… Чтоб я сдох! День не задался…»
Настроение уронить их обоих в траву и заняться сексом, таким, чтобы у всех троих оказались между ног мозоли натёрты – пропало окончательно.
В крови демона уже появился харатерный привкус разложения. А значит и у ангела тоже самое.
«Месяц некрофилии или месяц целибата? Нда…» – Зоаран призадумался. Он гордился своим проклятием, он вообще всегда собой гордился, но… Теперь предстояло придумать как, а точнее с кем прожить целую вечность, пока духи борются с напастью.
– Скьель, ну, что ты такое удумал? Тебе не удержать даже моих детей… по крайней мере, лучших из них. Что уж говорить обо мне. Забудь об этом.
Зоаран пожал плечами и отвернулся от кроваво-красных вояк. Повинуясь небрежному жесту в воздухе соткался портал. В магическом контуре мелькали разные пейзажи, но в глазах Повелителя отражались не они – он одновременно глядел на мир через тысячи чудовищ, отыскивая нужное место.

29

Скъель успокоил свой буйный нрав и подошел к своему лейтенанту. Рука прошлась по прутьям. рождая под собой тончайшую вибрацию, которая как легкие разряды тока пробежалась по всему телу чудовища. Катцбальгер повел плечами, однако надо признать, что Зоаран был тяжел, не столько весом в привычном плане, а огромным внутренним миром - обителью мира нереализованных чудовищ. Прикасаясь к кому-либо демон чувствовал личную "музыку" души и тела того, с кем он имеет контакт. Эта музыка - переплетение чужих чувств, эмоций, мыслей, амбиций, силы, сокращения мышц, биения сердца... всего. Отчасти поэтому в сексуальном плане Кошкодер предпочитал существ менее разумных, но более искренних. Инстинкты гораздо чище "звучат", не перемешиваясь с сомнениями, философией работающего на полную катушку мозга, не опошлясь мыслями, корыстными или отстраненными. Здесь и сейчас. Музыка - вихрь. А не сложный сонет из тягучих тяжелых звуков всяческих "если бы...", "зачем?", "а какая мне с этого выгода?".
Сейчас, пока ангел вел ладонями по телу демона, а прутья плотно сжимали тело чудовища - их музыки слились воедино, рождая собой оркестр эмоций. Пережитых когда-то и новых, пртиворечивых.
Катц широко ухмыльнулся, запоминая мотив и складывая в уме партитуры бесконечных нот.
- Меня заводят чудовища, да, Скъель. Но в фаворите те из них, кто полность признает свою сущность, а не старается стать кем-то ещё...
Ангел прошелся пальцами по косточке бедра кровавого, от чего на боку музыканта открылось несколько круглых отверстий из которых донеслась переливчитая мелодия каскадом - ноты повторяющиеся "туда-обратно". это звучало чуть приглушенно из-за пол мундира, прикрывающего бока Коши. Мелодия затихла и отверстия закрылись.
Глаза демона хищным взглядом резко скосили в сторону теплой руки капитана.
- Хмх, - усмешка заиграла на губах. черный язык прошелся по алым губам... Через музыку Скъеля Катц пытался понять мотив сего поступка и не нашел ничего кроме спонтанности.
"Интересный ты всё же, командир..."
Вновь взгляд на чудовище. Странно, но кажется тому было не очень комфортно висеть кверху ногами. Чисто физически. Ломаные стонущие нотки в его музыки смешивались с напряженностью в этом моменте увертюры. Однако катцбальгеру казалось, что Повелитель Чудовищ мог принять любое расположение в пространстве. Так же как его дети - кто летает, кто ползает, кто перемещается по стенам и потолку, кто под землей.
- Оу... И кто же ты для "матерых мазохистов и экстремалов"? Игрушка? Источник воплощения их извращенных фантазий? Товар на названную цену? Да ты благороден, чудовище.  - чуть склонил голову, простодушно улыбаясь.
Тем временем Зоаран потерся щекой о напряженный пах демона, что вновь вызвало тихую трель из боковых отверстий на теле демона, а потом и вовсе укусил, острыми клыками прокусывая кожу штанов вместе с кожей Катбальгера.
- Охм..., - хрипло. Сам демон даже не дернулся, лишь веки задрожали и струны на торсе завибрировали.
"Неужели инстинкт?"
Кровавый оторвал чудовище от сего занимательного занятия и вновь поднял его лицо на уровень своих глаз:
- Monstrum horrendum, informe, ingens... cui lumen ademptum.* - почти нежно пропел Кошкодер, впиваясь безумным взглядом широко раскрытых ярко-красных глаз без белка и зрачков в сверкающее золото взгляда чудовища. Губы Зоарана почернели, окрашенные кровью демона.
Внезапно чудовище сменило свою форму, сделавшись сгустком страха, ненависти, самых отвратительных на звучание эмоций. Демон почти буквально отшатнулся, резко раскручивая пруты и откидывая от себя это омерзительное воплощение. Дыхание участилось, пульс трещеткой стучал незнакомые доселе марши. Этот безумный водоворот негатива передался Катбальгеру. Почти атакующая поза, в одной руке уже поблескивает острейший смычок, руки развернуты в стороны, как у дирижера. Так получилось что собой демон закрывал своего капитана. Это был инстинкт, который даже сам Коша для себя не понял. Глаза загорелись алым огнем, конский хвост красных волос взметнулся вверх.
Музыка чужого выплеска эмоций и такого странного облика чудовища не прекращаясь играла в голове демона, питая его атакующую силу, однако... фальш.. фальш за фальшью. Перевраны ноты, духовые инструменты похрипывают, струнные срываются будто под рукой неопытного музыканта. Опешив от подобного Катцбальгер застыл в оцепенении, выкинув эту несуразную мелодию как кровавый выкидыш мертвого ребенка.
Глаза потухли, выравнивая цвет, хвост волос медленно опустился растрепанным на плечи - синхронно с руками. А на кистях кровавого начала проступать татуировка, полностью повторяющяя скелет самой кисти. Будто черный каркас просвечивает сквозь кожу. Только до запястий. Коша удивленно посмотрел на свои руки, бросил взгляд на Зоарана, который так же застыл на месте и обернулся на Скъеля.
"Подвеееесить всех чертей за яйца... что за хренотень"

_____________
*Чудовище страшное, гнусное, огромное... лишенное зрения.

30

Ученые любят утверждать что история склонна к повторению и пожалуй не так уж они и не правы. Ангел отнял руку от бедра Кошкодера и в следующий момент повелитель чудовищ чувственно прихватил клыками внутреннюю сторону бедра демона, словно действительно попытавшись откусить самое дорогое. Ангел безразлично хмыкнул и отступил еще на шаг, почему-то на него навалилась дикая усталость и всякое желание продолжать то ли перепалку, то ли прелюдию пропало .  Еще один миг, вздох и Зоаран уже облако черной материй, бесформенное и пугающее в своей первозданном виде. Страха Скьель тоже не почувствовал ,казало он вообще не чего не чувствовал и самое страшное что даже удивления по этому поводу не возникало .
Кошкодер ощетинился и уже изготовился было встать грудью , крыльями и магией на защиту собственного капитана , когда Зоарамен все же принял свою канцлерскую ипостасью. Лицо -как застывшая маска , глаза -два горящих желтых огонька, раньше Скьель бы испугался или возбудился, раньше он был намного честнее с самим собой, раньше ...
-Х-м, я в свое время не далеко от них ушел -жил , полагаясь только на инстинкты, если хотел -то брал это, если ненавидел -то пытался убить. , - комментировал красный капитан произнесенную до этого фразу Кошкодера про чудовищ, впрочем , закончить ему на дали - Зоаран все же решился ответить на не заданные вопросы или же просто пытался выиграть время ?
Скьель странно улыбнулся, впервые испытав странное чувство ностальгия оп тем временам когда все было так просто и легко , когда его желания не были обременены в странные рамки норм и правил, когда  это состояние меланхолия и легкой грусти не было основой его личности .
- Мне не нужна сила что бы удержать твоих детей , даже лучших из них- равнодушно пожал плечами ангел , вспоминая эпизоды собственных встреч с так называемыми "детьми" повелителя . Пожалуй Доктор был самым удачным его творением, что уж говорить об остальных - "не разумных" чудовищах.
- Я уже выиграл , - едва уловимая усмешка. Ангел стоял посреди поляну, ярко -золотые волосы, казалось выцвели практически до бледно -пепельных, а от всего образа пернатого так и веяло умиротворением и спокойствием, чего в нем отродясь не водилось.
-Ты вернулся, это раз, ты принял тот образ что я хотел и ...ты опять начал делать пакости ..., - Скьель практически рухнул на колени, принимая человеческий образ. Слишком  поздно, то что уже начало грызть его изнутри было не остановить да и вряд ли возможно было с самого начала .
Не то что бы ангел не любил человеческую форму, просто не понимал -а зачем барану тапки ? В смысле - зачем утруждать себя лишней плотью кроме как для всяческих утех и извращений .
-Уже не плохо , - пробормотал красный капитан после того ,как откашлялся . В голове немного прояснилось, но лихорадочный румянец так и не сошел с щек . Волосы опять стали насыщенного золотистого цвета, но это была лишь видимость. Скьель сел на поляне, заплел их в косы , сверля при этом спину чудовище задумчивым взглядом .
-Э-х, еще бы злобных улыбок по больше и надменного взгляда -вообще от оригинала не отличишь , - подытожил ангел. поднимаясь и отряхивая форму. Нужно было что-то делать  и при том -срочно. Что-то грызло его изнутри, медленно и методично -сжирая кусок за куском не просто энергию, а саму магическую сущность духа . Проклятие Зоарана повлияло на него как-то странно , вместо внешнего вида и гниения ауры просто напросто убивая ее под корень.
Красный капитан на миг прикрыл глаза, сканируя свое тело и пытаясь понять что и как -но безуспешно , тонкие силовые нити  обхватывали его и терялись в неизвестности , такие же путы были и на Кошкодере .
"Целительством это вряд ли снимешь, остается искать контр заклинания или же готовиться к встречи с Осирисом " мысленно предположил ангел, открывая газа и приходя к выводу что на крайний случай есть еще и Доктор .
- Повелитель чудовищ вполне может просуществовать без одного нахального ангела, - то ли констатация факта, то ли просто еще одна красивая фраза . Пернатый справился с голосом , умудрившись закашляться опять. Человеческое тело было лишь временной мерой, и болевшие голосовые связки были тому наглядным доказательством.
-Я убил тебя и я был с тобой когда ты родился вновь. Ты достаточно подрос и если уж не научишься делать грозный вид, то внешняя схожесть с канцлером будет держать большинство  на безопасном расстояний. Свою миссию я исполнил, так что на этот раз - действительно прощай , - Скьель усмехнулся и без предупреждения открыл портал ,перебрасывая себя с Кошей на арену смерти .
-------------------- Арена смерти


Вы здесь » Готика: Мир Теней » Лазурный Перевал » Поющее Древо